# Мишин виктор сергеевич внук 2 скачать fb2

**Download links:** \
&#x20;\
&#x20;→ [**Мишин виктор сергеевич внук 2 скачать fb2**](http://liocadercent.darkandlight.ru/?dl\&keyword=%d0%bc%d0%b8%d1%88%d0%b8%d0%bd+%d0%b2%d0%b8%d0%ba%d1%82%d0%be%d1%80+%d1%81%d0%b5%d1%80%d0%b3%d0%b5%d0%b5%d0%b2%d0%b8%d1%87+%d0%b2%d0%bd%d1%83%d0%ba+2+%d1%81%d0%ba%d0%b0%d1%87%d0%b0%d1%82%d1%8c+fb2\&source=gitbook.com5_poster_download) \
&#x20;\
&#x20;→ [**Мишин виктор сергеевич внук 2 скачать fb2**](http://liocadercent.fastdownloadportal.ru/?dl\&keyword=%d0%bc%d0%b8%d1%88%d0%b8%d0%bd+%d0%b2%d0%b8%d0%ba%d1%82%d0%be%d1%80+%d1%81%d0%b5%d1%80%d0%b3%d0%b5%d0%b5%d0%b2%d0%b8%d1%87+%d0%b2%d0%bd%d1%83%d0%ba+2+%d1%81%d0%ba%d0%b0%d1%87%d0%b0%d1%82%d1%8c+fb2\&source=gitbook.com5_poster_download) \
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\
&#x20;\\

Связь у них есть? С аппетитом позавтракав, я закурил. Перед нами стоял красноармеец, и отдышавшись проговорил: - К ротному зовут, срочно.\
\\

Мы же должны были наступать! В спину ударили крупные комья земли. Это ж цельный полковник! Распахнулась дверь дома, и на пороге проступили очертания человека. Тебя к делу приставили, глядишь, и я осилю! Название: Cборник сочинений Автор: Алексей Владимирович Замковой Издательство: Самиздат, Центрполиграф Язык: Русский Год издания: 2012 - 2016 Жанр:...

Кроме нескольких процентов геев, все такие. Немца можно, а главное нужно бить. Чем, у нас танков мало, людей тоже!\
\\

**Виктор Мишин - Цикл «Второй шанс». 2 книги (2016) FB2,EPUB,MOBI,DOCX** - Его мы с собой заберем.\
\\

Внук 1941 Глава 1 - Сергей, у вас одно новое сообщение. Пол года назад, я написал на одном поисковом сайте просьбу, хотел узнать, что-нибудь о судьбе деда, пропавшего во время Отечественной войны, приходили разные ответы. Кто-то писал, поищите там, запросите здесь, никакой конкретики, но один пользователь оказался очень серьезным, высылал карты боев, с точностью до недели, когда и где проходили. Боев, в которых участвовала 235 стрелковая дивизия, именно в ней воевал дед, когда от него пришло последнее письмо, скупой солдатский треугольник. Виктор Юрьевич нашел данные, что в сентябре сорок первого года, дивизия попала в кольцо окружения. Последнее письмо дед отправил домой в начале месяца, выходило так, что оно оказалось предсмертным. Виктор Юрьевич считал, что это место и было последним, где дед оставался живым. Поэтому, открывая письмо, меня уже терзал интерес, что же еще он узнал? А текст был таким, - Сергей, сообщаю вам, что работающий по соседству с нами поисковый отряд, обнаружил в болотах, на местах окруженной 235 сд, множество останков, многие с медальонами, готовится братское захоронение. Совершенно точно могу сказать, что у них есть данные о рядовом, Потемкине Иване Васильевиче, 1915 года рождения. Я думаю, что это ваш родственник, свяжитесь со мной по телефону, я сообщу, когда состоится захоронение, если вам все еще интересно! Взяв в руки телефон и набрав номер из письма, стал ждать ответа, ответили сразу. Вы мне письмо прислали, с информацией о родственнике! Сергей, значит, вас интересует, где будет происходить мероприятие? Вы ведь в Ярославской области живете, не близко ехать, но ничего страшного. Дальше он подробно описал, куда нужно ехать. На карте в навигаторе я проложил маршрут, около 700 км, нормально, не спеша, часов за десять доеду. Захоронение было назначено на воскресенье, у меня в запасе было два дня. Завтра собираюсь, и часиков в десять вечера отчалю, как раз рано утром приеду. Весь день субботы я провел в сборах, сообщил родне куда еду. Особенно обрадовалась бабушка, родная сестра, того человека, которого я еду проводить в последний путь! Собрал немного еды, воды, в навигаторе еще раз поколдовал над картой, проверил машину, заправил пару канистр, не люблю ехать на авось, в незнакомую местность. Вроде все в порядке. Жена и дочь помогали собираться. Хотел взять их с собой, но ребенок у меня совсем маленький, куда ее с собой тащить. Плотно поел, и выехал из города, как и планировал в 22-00. Июль себя показывал во всей красе, почти до двенадцати светло, а уже в три, опять светло. Дороги свободные, машина едет легко, благодаря свежему, ночному воздуху, благодать. Даже не заметил, как указатель топлива заморгал, требуя заправки. Значит, проехал уже больше половины. Свернув с дороги на окраине леса, заполнил бак под пробку, перекурил, размял ноги, посмотрел на часы, можно не торопиться, приеду к шести. И точно, в 5-50 въехал в нужный поселок. Сразу обратил внимание на суетящихся везде людей, народу было много, несмотря на ранний час. Кругом стояли машины, в основном хорошо подготовленные к бездорожью УАЗы. Найдя свободное место, приткнул машину и подошел к первому попавшемуся человеку, одетому в военный камуфляж. Я пошел к указанному человеку, он и вправду был внушительных габаритов. Большой человек подробно рассказал, и показал, куда мне идти, а затем и вовсе позвал за собой. Не захотели, или не смогли. А ваш дед был рядом, он, майор и политрук. Вы писали, что он был при штабе связистом? Ему было 27 лет, он был не совсем здоров, видимо в связисты и попал. А за тридцать и вовсе дедушка. В таком возрасте уже при обозах были, да связистами. Вот мы и пришли, скоро начнут! На большой поляне собирался народ, были представители церкви, милиции, солдаты, видимо из какой-то воинской части привезли. В один ряд были выставлены 15 красных гробов, вдоль них стояли солдаты. Солдат было найдено около 50 человек, и, как и бывает в таких случаях, в одном гробу хоронят останки сразу нескольких человек. Захоронение прошло красиво, воинам была отдана честь и слава. Были произведены выстрелы в воздух. Пришедший из ближайшей церкви Батюшка, помахал кадилом. Затем была установлена Мемориальная доска, на которой были указаны имена всех, кого сегодня, наконец, захоронили, затем все стали разъезжаться. Ко мне подошел Алексей Борисович и предложил идти за ним. И еще, не хотите съездить на место, где обнаружили блиндаж, в котором находился ваш дед, перед тем как погиб? Мы петляли по лесу около получаса, по таким дебрям! Кто по одиночке, кто не большими группами. Лес раньше был далеко, а здесь были поля и болота. Вот мы и решили проверить, только зашли в лес, а металлоискатель захлебнулся от звона. Парни копали всего десять минут, как нашли первого. После того, как откопали шестого, остановились, решили прикинуть, как линия обороны проходила. Подумали, походили, копнули рядом с большой воронкой, а там блиндаж! Видимо тут артиллерией все перемешали, потом танками прошли. В одном месте кусок гусянки нашли. Так что когда подошла пехота, обороняться здесь уже было некому! Сколько же еще в земле вот так лежит! Не получится, такое не представить и в страшном сне! Походите, только грязи много, и не трогайте ничего, мало ли всякого валяется! Всего-то никогда не откапаешь, кто знает, сколько тут всего было! Я пойду к ребятам, дел то еще здесь очень много. Алексей Борисович пошел в сторону палаток, в которых жили поисковики, а я огляделся. Спрыгнув в бывший окоп, увяз в глине, пришлось сильно тряхнуть поочередно ногами, чтобы скинуть кучу глины, иначе и ноги не переставить. Сделав пару шагов, споткнулся и все-таки рухнул в самую жижу. Ну, и за что это я зацепился? Нога была в петле, т. Вместе с ремнем выдернулся кусок глины с далеким сходством с винтовочным стволом. Ковырнув кусок глины, в который уходил второй конец ремня, я выдернул то, что когда-то было сумкой от противогаза и тут она! Чугунную чушку ф-1 ни с чем не перепутаешь! Хоть она и была облеплена глиной, взяв ее в руки, ну а что еще оставалось, отметил, кажется даже вслух, - чеки нет! Обернувшись, увидел на краю окопа двух парней, оба побелели, я, наверное, вообще был зеленым. Парни стояли не в силах, что-либо сказать, я глянул быстро в другую сторону и успел крикнуть, - ложись... Но не тихо, значит еще живой, вроде ничего не болит, хотя я лежу, может, просто не понял еще. Надо как-то глаза открыть. Открыл, не больно, но темно. Значит вот почему темно, что-то было на голове, поднял руку, не больно, протянул к тому, что посчитал головой. Когда это я успел каску нацепить? Блин, да чего так в ушах то гремит? Сдвинул назад каску, перед глазами земля. А так я в окопе, а где граната? Повернул голову, рядом кто-то лежит на боку. Неужели кого-то все же зацепило? Подполз, вставать, почему-то боялся. Человек был одет, во что-то толстое и длинное, пальто что ли? Какое на хрен пальто - шинель! В голове каша, блин ну ладно книги, кино, но этого быть не может! Не ужели я на войне, на ТОЙ ВОЙНЕ! Блин, это в книгах хорошо, попал и пошел себе гансов валить, да со Сталиным чаи гонять, а мне что делать? Да, во попал, да еще, похоже, прямо во время боя! Думать некогда, надо осмотреться и принять меры. Для начала постараться выжить. Да это вообще-то и основная задача, и самая трудная, если я попал в то место, где был на раскопе, то это сентябрь 1941, и мне амба! Так как вся 235 сд здесь и ляжет. В сентябре они попали в котел, из которого уже не вышли. Изучал, когда деда искал, путь этой дивизии. Так, вроде потише немного стало, надо высунуться и осмотреться. Надо скорей одежду скидывать, а то объясняй потом кто я, и откуда. Посмотрел на лежащего бойца, есть, в желудке теперь пустота, только во рту помойка. Нет еще привычки к покойникам, тем более лежащим по частям. Набрав воздуха в легкие, достал из кармана убитого бойца красноармейскую книжку, раскрыл. Сидоренко Сергей Васильевич, рядовой. Скинул с себя куртку, расстегнул на парне гимнастерку и кое-как, удержавшись от нового приступа тошноты, стал напяливать на себя. Штаны снимать не буду, джинсы от грязи все равно ни на что не похожи, сойдет. Подхватил его ремень и винтовку, отошел в сторону. И почти сразу полетел от удара в лицо обратно в ту же грязь. Я ничего не говорил, только смотрел на дико вращавшего глазами карлика. Роста ниже меня, а я сам то всего метр семьдесят, но по шире меня. Он выхватил у меня из рук винтовку, и махнул пистолетом в сторону. Лапки задрали и к врагу! Ну, чего тут говорить, видно в книгах и фильмах не врали, особисты это что-то! Раз не убили в бою, значит предатель, логика железная! Выбравшись из траншеи, под редкими взглядами других бойцов побрел в сторону видневшегося блиндажа. Глядя вокруг, видел людей, которым суждено погибнуть. Как мне с таким знанием находиться рядом, но ничем не помочь? Войдя в блиндаж, увидел командира и бойца с рацией. Командир о чем-то говорил с особистом, у меня за спиной. Я не слышал, я не мог оторвать глаз от радиста. Нет, я никогда не видел даже его фото, но я был уверен, так он был очень похож на мою бабушку! Я чуть не вскрикнул. Я хотел поглядеть ему вслед, но этот садюга особист, сильно толкнул меня в спину пистолетом. Выходили, кто как сможет. Рвануло что-то рядом, а тут товарищ политрук. Командир со знаками различия капитана спрашивал спокойно, особист наливал себе чай. Я из дома сбежал. Я по лесу шел, искал хоть кого-нибудь. Когда бомбежка началась, меня бойцы к себе в окоп и стянули! Патроны подавал, а как последнего убило, я его винтовку взял, но выстрелить ни разу не успел. Тут меня по роже и приложили! Капитан с некоторым удивлением посмотрел на меня, и продолжил. Здесь еще так не говорят! Капитан придирчиво оглядел меня. В блиндаж заглянул мой дед. Я лихо развернулся и пошел к выходу, было слышно, что особист еще, что-то шепчет ротному, но тот шикнул в ответ, дальше я уже не слышал, я шел за своим дедом, и поверить не мог, что я его вижу! Он выглядел солидно, чистая форма, в штабе сидит понятно. Да, искал деда, а теперь меня найдут вместе с ним. Не хрена не весело. Ладно, будь, что будет. А капитан - МУЖИК! С политруком быстро утряс. Старшиной оказался седой дядька лет сорока пяти, с огромными, как в это время говорили, Буденовскими усами. Как-то недовольно посмотрев на меня и прищурив один глаз, сказал: - Ну, чего приперся? Тебя к делу приставили, глядишь, и я осилю! Ни какого уважения к старшим, под каким забором тебя нашли? Надо за речью следить. Продолжать лаяться не хотелось, хотя старшина был еще тот фрукт, но, наверное, они сейчас все такие. Может, конечно, меня еще замордуют НКВДэшники, но пока все идет не плохо, - думал я, затягивая ремень и расправляя складки. Около землянки недовольного старшины меня поджидал Иван Васильевич, мой дед. Блин в голове не укладывается. Через некоторое время было построение, политинформация. Особист пел соловьем, о том, как мы уже почти разгромили фашистов, как простой народ поднимает восстания в Европе. Короче гнал так, как их и учили! Блин, а я думал, чего так долго отступали в 41ом, так, когда же было учиться и воевать как нужно, если надо было сидеть и слушать подобную ересь. Делая вид, что слушаю, я разглядывал людей. Это же надо, живыми увидеть наших героев! Кто-то дымил самокруткой, кто-то просто сидел на земле, видимо размышляя. Надо с ротным поговорить, наедине. И тут о чудо, как по заказу подошел Иван, я уже стал его так называть, ему 28, а мне до того как оказался здесь, было 32. Иван сказал, что зовет капитан Афанасьев. Я быстро пошел за ним. В землянке командир был один, я обрадовался. Ты когда лесом пробирался, видел кого-нибудь, или что-нибудь? Чего-то наших соседей не слыхать? Какие добровольцы у нас по домам сидят! Перед нами фрицы, пехотная дивизия с юга, и танковая с запада. Но в лоб нам они бить не будут, не очень удобная местность здесь. Тебя что ли посылать? Я конечно, не разведчик, но местность знакомая. Далеко не ходи, 111 стояла в трех километрах. Сейчас, шесть вечера, немцы, наверное, уже не полезут до утра, вам нужно вернуться как можно быстрее. Больше времени останется для решений! И позови мне Зимина. Я побрел за Потемкиным. А к капитану прошли два человека. С вами пойдет боец, он новенький. Он знает местность, но ты Зимин, будешь за ним глядеть. Глава 3 Я решил замутить это дело для того, чтобы попытаться предотвратить полное окружение 235 дивизии. Если удастся довести до капитана свои мысли. Так как я хорошо знал, что здесь произойдет! Карты то изучал, было очень интересно, когда искал сведения по деду, вообще множество карт боевых действий лежало в Википедии, в свободном доступе, эх вот бы знать, изучил бы более точно! Когда пришел с оружием, увидел двух бойцов, оба вышли из блиндажа капитана. Парни были вооружены как и я, только я еще ТТ выпросил. Одного, высокого и худого парня звали Игорем Синицыным, он воюет с первого дня. Был он угрюмым, наверное, уже хлебнул по уши. Второй был с меня ростом, но гораздо шире в плечах, назвался Александром Зиминым. Этот был полной противоположностью, улыбчивый, с открытым честным взглядом. Нравятся мне люди, смотрящие именно так, не лживо. Что касается меня, то я вообще габаритами не вышел, но зато шустрый блин, что понос! Парни подтянули ремни, подпрыгнули. Сам сделал тоже самое, норма. Мы потопали по тропе. Пройдя метров двести, углубились в лес. Пройдя примерно с километр, наткнулись на ручей. Саня прошел немного дальше, - Серый сюда подойди. На траве явно кто-то раньше лежал, потом увидели кровь, ее было много. Александр скользнул за ближайшие кусты. Я решил поглядеть в другой стороне. Синицын кивнул и спрятался в кустах, а пошел в сторону, противоположную той, куда ушел Саня. Пройдя метров сто пятьдесят, наткнулся на убитого, он лежал на боку. Оружия при нем не было. Наверное, умер от ран. Походив еще немного, нашел еще одного. Раздался тихий хруст ветки, я мгновенно упал на землю, перекатился и замер. Блин даже дышать страшно, это не кино. Если немцы, придется драться, возможно, убивать. Рядом кто-то шел, причем не таясь! Так ходят когда не бояться. Чуть подняв голову, увидел фрица, самого настоящего, в каске, с карабином в руках. Тот шел во весь рост и поглядывал по сторонам. Явно не один он здесь, раз так свободно гуляет. Убейте меня поленом по голове, немчура лес прочесывает, наверное, ищут недобитых тех, кто смог уйти! Грохнул выстрел, еще один, еще. Только бы парней не нашли! Я посмотрел по сторонам, затем на немца. Тот стоял и прислушивался, направив карабин в сторону выстрелов, ко мне спиной. А я блин лежу, боясь пошевелиться. Ладно, хватит валяться, рано или поздно это все равно бы меня зацепило. На войне не отсидишься. Хрен там, уж одного то завалю, а больше я пока и не вижу! Медленно вытянув нож из-за голенища сапога, присел, и выдохнув рванул вперед. Хоть это и солдат, но все же он человек, а с человеком справлюсь. До немца было всего метра три, но я пролетел их за секунду, фашист видимо услышал меня и резко повернулся. Но я даже не успел испугаться или задуматься всадил финку прямо в грудь! Немец успел вскрикнуть, но довольно тихо, а я надавил, что было сил на нож. Треснула ткань одежды, нож вошел по самую рукоятку. Фриц ловил ртом воздух, но сука не умирал. Глаза, бешено выпучившись, смотрели прямо на меня. Из горла донесся булькающий звук, и немец начал заваливаться прямо на меня. Я с силой потянул нож обратно правой рукой, а левой толкал в грудь. Кровь брызнула из раны на руки. Фашист рухнул на землю, звякнув тубусом противогаза об землю. Я не успел осмотреться, как меня опять мучительно вырвало. Бляха муха, как же мне противно, но надо сваливать. Быстро обшмонав труп, я разжился двумя колотушками, снял ножны со штыком, патроны к карабину были в подсумках на ремне, пришлось перерезать ремень, документы ганса я обнаружил в кармане на груди и подхватив его карабин ушел к ручью. Вещмешка у фрица не было, наверное, где-то не далеко они расположились. На ходу сунул все в сидор, кроме гранат. Стрельбы кстати давно не слыхать, интересно парни живы? У ручья никого не было, я осмотрелся, блин, да где вы есть то? Пошел медленно по следам, вдруг меня тихо позвали, голос Санька! Я одного подстрелил, а потом спрятался, а они на Игоря вышли... Или ты больше не видел. По двое на каждый. Я рассказал ему, что снял одного. Александр махнул мне рукой и пошел вперед. Не дойдя до дороги, мы услышали немецкую речь. Я посмотрел в ту сторону и увидел два байка на дороге, и четырех стоящих фрицев. Игорь лежал на земле и корчился от боли. Тут же метров пятьдесят всего! Я отполз на пару метров правее, и прицелился из немецкого карабина. Патроны я проверил ранее. Гулко хлопнули два выстрела, два трупа. Оставшиеся тут же упали и открыли ответный огонь. Хорошо, что сразу вывели пулемет, а у того, что я свалил, был МР-40. Вдруг с дороги вскочил Игорь и рванул в сторону, один фашист поднялся на колено, но выстрелить не успел, я целился как раз в его сторону, получилось как в игре, только отдача реально отбила плечо. Саня тем временем крикнул на немецком, и из-за мотоцикла показалась голова и пустые руки фрица, тот, что то кричал. Игорь подбежал к нему, уже с винтовкой в руках, и давай его месить. Я поспешил его остановить, еще бы чуток, и фрицу кирдык, Игорек озверел малехо! Так пошумели, что теперь не до разведки. Все так и было, Саня? Немец пол страны подмял, кто его назад гнать будет. Если мы все ляжем, здесь могильник будет, а не наша родина. Мы подъехали к позициям нашей дивизии и были остановлены солдатами, которые от неожиданности нас чуть в расход не записали. Но все утряслось, вызвали нашего ротного, а когда он примчался, нас потащили в штаб дивизии. Там мы увидели комдива, и конечно представителя особого отдела. Мрачные командиры выслушали краткий отчет о наших похождениях, и меня отправили писать отчет. А вот парней, попросили задержаться. Подкараулил и тихо снял немца, убил ножом. Спланировал нападение на патруль, в результате взяли языка. Когда давал указания, я даже подумал, что он командир. В смысле, минимум лейтенант. Подробнее укажите в отчетах. Зимин и Синицын, дружно развернулись и вышли. Глава 4 Часа два нас не трогали, я даже поспал часок, и поел, а то в желудке давно ничего не было. Ведь чуть не обделался, когда немца резал. Хотя не чуть, блеванул-то знатно. Вот, опять подошло, как вспомнил! Разобрал немецкий карабин, вычистил, из своей я не стрелял. Хорошая вещь, этот немецкий штуцер, и по легче, и по ухватистей нашей мосинки, да и отдача приемлема. Мосинка уж больно лягается, мощи слишком много. А тут в самый раз. Я вскочил, поправил гимнастерку, надел пилотку и вылез из землянки. Посыльный оказался разговорчивым парнем, рассказал, что мне то бояться нечего, командиры что-то придумали, он краем уха слышал. Но не сдай меня! Подойдя к блиндажу комдива, собрал складки за спиной и вошел. Четко отрапортовал я, и вытянувшись в струну, уставился перед собой. Если мы развернемся, то тыл у нас должен быть чист! Мы слышали, как два фрица разговаривали, где-то здесь должна пройти дивизия СС, а там не такие вояки. Не выстоим мы и получаса, у них по сотне танков в дивизиях, а у нас всего десяток остался, и снарядов нет! Придется северо-восточней отходить, немцы уже в Новинке, вот здесь, он показал на карте, в Сусанино наши развернуться должны! Как ему объяснить, чтобы не заподозрил, что я уже знаю, что будет. Что нас сейчас обходят, и не сегодня-завтра мы в мешке будем! Чем быстрее ты мне принесешь данные, тем быстрее мы свяжемся с командованием корпуса. Я развернулся и вышел, надо людей собирать. Мне дали отделение, в котором были уже знакомые два бойца, Синицын и Зимин. Оказывается, у них сержанта убило, ну мне и дали их отделение. Ребята обрадовались, когда узнали, что я теперь с ними, а когда мне дедушка, тьфу ты черт, все не привыкну, Иван Потемкин, принес новые петлицы, обалдели! А если серьезно, то от нас зависит, ляжет дивизия здесь, или мы еще подергаемся! Немцы гонят большие силы на нас. Пехотная дивизия с одной стороны, да еще и танковая с другой, их голой жопой не остановишь. Я выпрошу сейчас пулемет трофейный, да один и так должен быть, по штату. Гранат по больше, шинели на хрен, все лишнее выбросить, сухпай, боеприпасы! Хотите жить, берите больше! Собирайтесь, через 20 минут выходим. Пулемет нам, конечно, не дали, хорошо еще был в отделении пулеметчик. Мне выдали ППШ, прям, мечтал о нем. Парни еще позавидовали, сказал им, что посмотрю, как они завидовать будут, когда я его перезаряжать буду. Там надо немцам взятку давать, чтобы дали время на перезарядку. Ладно, еще старшину уговорил дать два пустых диска, в придачу. Сидел минут десять снаряжал, старшина подсказал, не заряжать полностью, а то патрон перекосит, в самый нужный момент. Взрывчатки тоже не дали, нету. Вышли через час, но в принципе нормально, зато успели, и собраться, и поесть нормально. Шли как караван верблюдов. Некоторые ворчали, но не ругались. Парни все уже повоевали, знали, что оружия много не бывает. Через два часа вышли к мосту, точнее остановились метров за триста. Фрицы службу тащили на совесть, два пулеметных гнезда, БТР, тоже с пулеметом, даже зенитку притащили. Хорошо хоть танков нет. Надо парней посмотреть, кто у нас потолковей? Зимин позвал двух бойцов, я объяснил, что от них требуется. Казах был маленького роста, шустрый, самое то в разведку. Просто чтобы непоняток не вышло! Непоняток, значит, чтобы понимали все сразу, ясно! Если услышите стрельбу к мосту не соваться, идете обратно, скажите, что все погибли. От леса до моста было метров пятьдесят. Берег высокий, а на том берегу никого. Мурата я уже уважаю, дельно придумал. Речка Оредеж, изгибалась, как бык пописал, и получилось подойти к реке скрытно. На той стороне и, правда, тихо. Берег у реки был высоким и обрывистым, получилось дойти до самого моста. Аккуратно выглянув с одной стороны, я начал считать фашистов. Пройдя под мостом, Игорь посчитал с другой стороны. Трое у зенитки, по два у каждого пулемета. В БТРе пулеметчик и водила, видно было дым от сигареты, на месте водителя. Двое стояли на мосту, и еще семеро нагребали землю или песок в мешки. Видать основательно встают здесь. Готовят укрепления, а это значит, что танки еще не прошли, на фиг бы им мост тогда охранять. Если танки пройдут, и ударят в тыл нашей дивизии, тут на пятьдесят, а то и сто километров вокруг не будет никого. Следовательно, боятся им, будет нечего. А раз так, мост нужно уничтожить к бененой маме! С начала пулеметом причешут этих земледельцев! Остальные пусть стреляют прицельно, скажи, от того, сколько они положат первым залпом, зависят наши жизни, все понял? Передай, один залп, и пусть внимательно смотрят. Мы здесь работать будем, чтоб нас не покосили! Треснула очередь из дектяря, не столько выстрелы, сколько лязг затвора слыхать! Залп из винтовок, фрицы стали нестройно отвечать. Выдернул кольцо и бросил навесом гранату в сторону немцев. Грохнуло, и сразу раздались два выстрела с другой стороны моста. Это уже наши, вскочил, стал вскарабкиваться на берег, выглянув, заметил, что Мурат с Игорем лежат и стреляют. На мосту два трупа, еще лежат несколько у дороги. Дал очередь в сторону зенитки, расчет залег и стал стрелять в мою сторону. Краем глаза вижу, как кто-то кидает гранату, взрыв, зенитчиков больше нет. Стреляю длинной, патронов на двадцать сразу, очередью в сторону БТРа, оттуда еще слышаться выстрелы. Вот почему наши из леса стали стрелять, по ним пулемет начал молотить. Зимин подскочил ко мне. Вы чего там, во весь рост стояли? Так, быстро осмотреть трупы, если есть легко раненые перевязать, руки связать. Кто понимает в технике, осмотреть БТР, мотоциклы. Зимин что-то спросил у фрица, тот быстро лепетал в ответ. Он куда то дальше должен ехать. Скинуть трупы с обрыва и ко мне. Когда казах подошел, мы с ним бросились к зенитке. Только успели ее развернуть в сторону моста и проверить, заряжена ли, как прибежали парни. Раненого нашего оттащили в БТР. Давай к мосту, будете за патруль. Двое к пулемету, а мы с Муратом на зенитке. Я повернул голову, на той стороне реки показались два мотоцикла и легковушка, Опель блин! Парни у пулемета должны будут срезать мотоциклистов, а мы с Муратом опустим ствол зенитки на Опеля. Когда Саня махнул рукой и показал куда встать, ну чистый гаишник, только палки полосатой не хватает, первый байкер проехал вперед и встал, за ним пристроился Опель, последним второй байк. Из Опеля окрикнули, и Саня, вытянувшись, что-то сказал. Высунулась рука с документами, Александр взял их в руки и поднял автомат. Прогремел МГ, Зимин выстрелил в водилу машины и перекатом ушел с линии огня. Мурат очень быстро навел зенитку. Зимин вскочил и открыл дверь. Оттуда, весь, сияя крестами и наглаженной формой, появился какой то хрен. Остальным собрать оружие, кидайте все в Ганомаг. Мотоциклы и трупы с обрыва! Надо мост уничтожить, берег тут высокий, танкам так просто не переправиться. Хоть еще немного времени нам выиграем. Закладку сделали из снарядов для зенитки, обложив ее взрывчатку, найденной в БТРе. Саму зенитку, тоже заминировали взрывчаткой. Когда все были готовы, отъехали метров на сто, а Мурат, с канистрой бензина, облил и поджег мост. Деревянный мост, горел замечательно, а когда дошло до взрывчатки, рвануло. Красиво, полностью обрушить, конечно, не получилось, но часть рухнула, остальное сильно горело. Теперь немцам потрудиться придется. Казах догнал нас, залез в БТР, и мы припустили во весь опор. Дальше ходить не было нужды, кое-какие карты, а главное сведения и майор поведает. Приехали в расположение уже в темноте. Но нас сразу и не трогали, майора утащили в штаб к комдиву. А мы рухнули спать. Разбудили нас общим подъемом через два часа. Начальство требовало общий сбор. Остатки дивизии решено было срочно отодвинуть глубже в тыл. Наверное, немец чего-то нашептал. Потому что, отходили мы километров на десять, и должны соединиться с моторизованной дивизией, встать у нее на левом фланге. Это все мне рассказал командир роты. Уж очень он послушать хочет. А так хоть похоронили по человечески. Сколько так осталось лежать, и еще останется! Дошли спокойно, отступать, не наступать. Один раз только в стороне самолеты пролетали. Когда пришел приказ остановиться и занимать оборону, я отправился искать штаб. Остановились мы, в какой то деревне, местных почти не было, только пару старух. По пути меня нашел сержант, порученец комдива, довел меня до деревянного дома, в котором расположился штаб дивизии, думаю, что не надолго! Сержант вошел в дом, и спустя несколько секунд, вернулся и позвал меня. Зайдя в дом я поморщился от обилия звезд и лампасов. Сделал приглашающий жест комдив. А почему рядовой, я, кажется, подписал приказ о присвоении звания. Вроде есть и по важней дела. К сожалению, ты прав сержант. Как показал этот майор, у немцев на нас такие силы собраны, что не расслабишься. Вы его с такой хорошей картой взяли, аж загляденье. Расскажи, как все прошло, немец больно уж охреневший был, от вашей наглости! Они то думали тут уже кругом свои войска, а мы где-то в районе Гатчины. А тут такой облом! Скоро будет работа, я думаю. Генерал кивнул головой, а я вышел. Уходя, услышал, слова комдива, которые мне понравились. Что ответил ротный, я уже не слыхал. А ночью всю дивизию подняли, поступил приказ провести контрудар, с целью выбить немцев с тех высот, которые они оседлали. Это Игорь решил у меня узнать, что-нибудь. Как будто я знаю. Чем, у нас танков мало, людей тоже! У них же танков куча, а мы с голой жопой! Вставил свои пять копеек Зимин. Перед нами стоял красноармеец, и отдышавшись проговорил: - К ротному зовут, срочно. Солдат развернулся и быстро пошел, надо думать к командиру. Я так же быстро за ним. Войдя в землянку к капитану, я прищурился, оглядел присутствующего особиста, доложил. Станция Карташовская, перед ней лесок. А вот справа есть небольшая балочка. Генерал Лебедев лично просил помочь. Дело такое, там уже пропала группа наших. Я вышел из землянки и задумался. Придя к своим, сказал, что выходим и достал карту. Балочка, балочка, как ты к себе манишь! А вот хрен я в нее пойду! Мы вышли через 20 минут, идти было тяжело. Немцы стояли близко, предстояло обогнуть болото. В общем, дошли до начала нужного оврага часа за два. Блин тишина, ни звука, ни огонька. Стоп, как ни огонька, а это что? Сказал Зимин, и показал на кусты слева. А это уже казах. Выходило, что любой, кто пойдет по оврагу, непременно окажется под огнем из этих кустов. Знать бы сколько их там, и что там дальше! Там их точно нет. Парни ушли, а я задумался. Чего бы это немцам в болоте сидеть, комаров кормить? Или тут у них гнездо? Парни пришли минут через двадцать. Мы далеко не смогли пройти, болото. Так слушай меня, идете обратно наверх, готовите пару гранат, увидите меня сидите тихо. Если начнут дергаться, или стрелять захотят, валите их! Они же тебя в момент, даже чирикнуть не успеешь. Как увидят, что кто то ползет, сразу и накроют. Сам встал, отдал ППШ Сане Зимину, снял ремень, нож в сапоге оставил, и зажал в руке гранату. Я и немецкий знаю. Если, чего валите этих, посмотрите метров на сто и уходите домой! Пройдя несколько шагов я услышал возню и грозный окрик на немецком. Гуд млеко, яйки, сало! Один из немцев вышел ко мне навстречу, и смеясь встал в метре от их укрепления, в виде мешков с песком. Оружия при нем не было. Второй сидел за пулеметом, но не целился. А третий и вовсе сидел на ящике и не думал вставать. Наверное, я не первый! Когда я подошел в плотную, то эфку подкинул навесиком к ним за мешки. Те фрицы, что сидели за мешками, кинулись на землю, а тот, что вышел ко мне застыл как статуя. Я быстрым движением выхватил нож и всадил немцу в грудь, он даже не дернулся. Быстро перескочил за бруствер, немцы, лежа на земле, пялились на меня. Откуда им было знать, что граната без запала! Я давно наделал себе разных штучек с феньками, как делали в моем мире, а скоро начнут и здесь. Подхватив пулемет, тяжелый зараза, я направил его на немчуру. Ко мне уже бежали все ребята. Где железка, и патрулируют ли ее? Пока Зимин допрашивал немцев, остальные собрали оружее, спрятали под куст готового фрица, и ощетинились стволами во все стороны. Я давно уже отдал пулемет Вано, он здоровый, пускай таскает. Прислушался к допросу пленных. Немчура наперебой заливалась соловьем! Через слово звучало, нихт шиссен, арбайтен, капитулирен и прочее сдаюсь, сдаюсь! Серый, ты иногда говоришь! Вроде по-русски, а ни хрена не понимаю! Спроси когда смена, и сколько до расположения? Они знают, что здесь болото, поэтому стоят только два поста. Второй ближе к войскам, здесь передовой дозор. А охраняют подходы к железной дороге. Там вчера диверсия была, пути разобраны. А на путях эшелон с горючкой и боеприпасами. Это он все тебе рассказал? Связь у них есть? Саня еще, что-то спрашивал, а я уже думу гонял. Как бы туда пролезть? Немец говорит, что будет большой шум, когда прибудет смена! Зимин спросил, немец затряс головой и что-то загавкал. Саня переодевайся, Вано снимай с того одежду и тоже. Зимин воспользовался мои словечком, видно запомнил, когда то. В страшном сне ты не видал такой смерти, какая тебе уготована, если что не так пойдет! Зимин перевел, а фриц опять, что-то залопотал, и стал отчаянно трясти гривой. Мы с Муратом укрылись в кустах, в темноте не увидят, а парни вместе с фрицем уселись за бруствером. Ровно в 6 утра показались сменный караул. Солдаты шли спокойно, но без разговоров. Старший грозно поглядывал по сторонам. Не доходя нескольких метров до поста, остановились, я уже думал, что они, что-то заподозрили. Прозвучала команда на немецком, спрашивал наш пленный. Ему ответил разводящий караула. Новые солдаты направились к укрытию и, поравнявшись с нашими бойцами, что-то спросили. Тельмановец ответил, что-то пробурчал Саня. Те подозрительно посмотрели, но Саня и Вано уже прошли мимо, и, подойдя к разводящему, который снимал карабин с плеча, кинулись на него. Новенькие были на нас. Марат кинул нож в одного, и бросился следом, я уже подбегал к другому. Ни один не успел выстрелить, или даже заорать! Обойдя по кругу побоище, я с удовлетворением отметил, что все прошло отлично. Достав гранату, я подошел к разводящему, и с дикими глазами засунул ее ему в карман. Снаружи оставил только кольцо, взял его двумя пальцами. Немчура попытался, что-то сказать, но с забитым в рот кляпом, сделать это не получалось. Саня вырвал тряпку изо рта у немца, и тот, что-то проскулил. Пленного фашиста, которого взяли раньше, связали, и оставили пока в кустах, обещая взять его на обратном пути. Шли недолго, Саня сразу сказал немцу, что бы довел до железки. Железную дорогу еще не было видно, как немец показал на тропу, по ней ходил патруль. Не доходя метров сто, фельдфебель указал на видневшуюся под деревьями колючую проволоку, натянутую на столбы. Зимин перевел мой вопрос. Их только что сменили. Те, что сидели до этих, ушли в расположение. Остальные должны спать, т. Опасности нет, немцы не предусматривают усиленный караул. Здесь немцы перегружают на грузовики горючку. Саня иди с ним к первому пулемету, Вано с ними иди. Режьте их по тихому. А мы к дальнему посту пройдем. Мы разделились, немцы у пулемета смотрели на нас, явно ожидая чего-то, но мы спокойно прошли мимо, направляясь к их коллегам. Те, решив, что мы свои, т. Когда мы приблизились на расстояние прыжка, немцы увидели Мурата. Нет, он не страшный, он казах и это они разглядели уже умирая. С недавних пор, я уже привык это делать. Я был ближе к палаткам. Махнув рукой Мурату, двинулся к палатке и тут вылез он! Я не успевал к нему, а оружия у него не было. Толстый фриц, в два меня, смотрел на меня и уже раскрывал рот, чтобы заорать! Нож пролетел мимо меня как молния, вошел в грудь борова, но не убил его. Иди, проткни такое сало! Но я был уже рядом и со всей дури, долбанул прикладом ему в лоб. Череп хрустнул так, что, наверное, за километр было слышно. Влетев в палатку, просто дал длинную очередь, скосив всех, тех, кто уже вставал, и тех, что еще лежали не понимая, что происходит. Мурат аналогично поступил со второй палаткой. Да и глупо было рассчитывать, завалить двадцать человек без стрельбы. Зимин просто кинул гранату в БТР, а потом добавил из автомата в раскрывшиеся двери. Подойдя к вагонам, охраны рядом не было, рубанули издали очередью из МГ по бочкам, а их тут столько было, быстро зажгли выливавшийся на землю бензин и стали драпать. Бочки стали прилично бухать, а зарево поднялось, наверное, до небес. Сказал Иван, во как горит. Со стороны немецких позиций началась стрельба, полетели в небо осветительные ракеты. Мурат говорил спокойно, несмотря на то, что мы уже минут десять бежали как сайгаки. В овраге прихватили оставшихся немцев, и наших. Остановились только тогда, когда даже выстрелы почти смолкли. Я сплюнул, и глотнув из фляги, сказал - дальше шагом, вперед. Фрицы нас здорово стесняли, я выдохся, хотя мы тренируемся, а их уже давно тащили наши бойцы. Вернулись мы с рассветом, мне сразу пришлось идти на доклад. Парни сдали на руки особистам немцев, и пошли спать. Весь фронт на уши поставили! Просто не понял, что я такого натворил! Теперь противник нас опередил, немцы начали наступление, а у нас войска не готовы к обороне! Мы же должны были наступать! Я уже боялся вообще рот открывать. Разрешите обратиться к товарищу капитану, товарищ политрук? Именно на наши позиции. Они уже знали о наших планах, т. Этот разводящий фельдфебель, сам участвовал в их задержании. Мы уже собирались нестись во весь опор обратно, но мне лично стало интересно, что они в болотах делают? Ну а когда узнали про эшелон и топливо, решили его сжечь, чтобы немцев поосадить. Куда они без топлива? Думаю, что они и полезли то только для того, чтобы попытаться у нас разжиться бензином. Просто у них его больше нет, там было очень, ну очень много бочек. Чтобы столько накопить, им теперь неделю надо, при этом никуда не ездить. Решение принимал лично я, на бойцах вины нет, они выполняли приказ. Готов понести любое наказание! Раздался голос за спиной. Я резко повернулся, и обомлел, на меня смотрел высокий мужчина, со знаками различия майора Госбезопасности. Это ж цельный полковник! Наверное, из штаба фронта, а то и из ставки. Мне нужно с тобой переговорить с глазу на глаз! Все тот час же вышли из землянки. А майор огорошил меня сходу, как только вышел последний. Про местного добровольца, можешь не плести, сэкономишь время, которого нет! Все люди, с кем ты контактируешь, заметили это. Ты даже говоришь не как все. А уж наглости у тебя, на роту хватит! С минуту я размышлял. Вы обещаете, что не застрелите меня, по крайней мере, до конца рассказа, товарищ майор государственной безопасности? Родился я в 1980 году. Майор вдруг, как-то странно сморщился, поперхнулся дымом папиросы, которую закурил. И я стал рассказывать все, что и как со мной произошло. Майор не перебивал, только когда за час выкурил всю пачку папирос, достал вторую из планшета и предложил, наконец, закурить и мне. Когда я дошел до того, как первый раз говорил с ротным, предлагая сходить в разведку, и как подталкивал его к принятию мер против окружения, он остановил меня в первый раз. Видимо я провалился во времени. Может там в своем времени, я погиб от той гранаты, и мне свыше дали второй шанс, чтобы я хоть чем-то попытался изменить историю, и не дать погибнуть стольким людям. Эта дивизия, как и соседние 111 и 177 стрелковые, 24 танковая и еще полк из дивизии народного ополчения, погибнут полностью. Погибли в моем времени. Соседи более удачно, так как отходили первыми, планомерно с боями. А наша 235, прикрывала их отход, и не успела отойти! Дивизию расформировали в декабре 1941 года. А фактически ее не было уже в октябре. Потом ее снова соберут, второе формирование будет по моему в 1943, и все кто сейчас здесь воюет, должны погибнуть. А мой дед будет числиться, как я уже говорил, пропавшим без вести. Не знаю как для вас, а меня коробило от этих слов! В батальоне связи, но я его знаю здесь, как связиста нашего капитана! Там мне было 32, а здесь 18 лет. По идее, лучше бы тебя убрать, по-тихому. Чтобы не болтал лишнего. Но в тоже время, вдруг чего полезного сможешь рассказать из будущего. Но не знаю как. Ты сиди тихо, никуда не лезь! Я предупрежу, чтобы тебя не трогали. И еще, не обращай внимания на этого идиота, особиста вашего. Дальше собственного носа не видит. Дело вы провернули нужное, я лично представление напишу! И долго еще будет идти! Хотя нет, не говори, как-нибудь потом! Я вышел как из бани, а если он доложит, и ему поверят, то меня наверное в Москву повезут. А там трясти будут, как липку. Ну, в принципе то ясно, такой шанс для нынешних руководителей, узнать хоть что-то из будущего. Я хоть и не профессор истории, и не изобретатель оружия, но историю всегда любил, и помню многое! А наступление то немцы остановили не начав, видимо запоздал у них общий приказ, об отмене. Горючего то у них нету! Меня встречали друзья разведчики. Да мы и вправду друзьями стали. Что в наше продажное время друзья, да и не было их, настоящих друзей. А здесь, каждый за меня готов пулю поймать, и я за них так же, не задумываясь. Подружились мы больше всего с Зиминым и казахом Муратом. Но меня все глодали мысли, что я их обманываю, не говорю, откуда я. Ребята уже привыкли к моим высказываниям, и все сказанное всегда оставалось между нами. Когда мы оказались в землянке, увидели картину. Ефрейтор Базаев, сидя в центре круга, из зрителей, что-то напевал под аккомпанемент настолько расстроенной гитары, что я не вольно передернулся. Ефрейтор прервался, взглянув на меня, но я замахал руками. Парень запел дальше, а я протянул руку и потрогал за плечо гитариста. Тот без слова передал мне гитару, а мои товарищи взглянули на меня. А что, это плохо? Взяв гитару, и осмотрел ее, да, хоть и старая, но в приличном состоянии. Видимо ее здесь берегут лучше, чем себя. Гитара была вообще не настроена, пришлось пару минут покрутить колки. Зато, отстроив, провел по струнам и увидел оживление у сидящих солдат. Затем увидел в углу землянки, скромно сидевшего парня, с настоящей гармонью на коленях. Он тихо сидел, и скучал. А ну возьми аккордик! Парень видимо был самоучкой, да, как и все в этом времени. Глупо было думать, что многие знакомы с нотной грамотой. Я подошел и показал сочетание клавиш, которое мне было нужно. Удовлетворенно кивнув, я быстро подтянул струны для созвучия с гармошкой. И я провел по струнам, взяв первый аккорд. Ну и пусть впереди западня, Главное, что есть ты у меня! И далее по тексту, да простит меня в будущем Матвиенко, Резник и Коля Расторгуев! Когда закончил первую песню, в землянке было так тихо, что я даже вздрогнул. И начал: А на войне, как на войне А нам труднее там вдвойне Пускай взойдет над сопками рассвет! Мы не прощаемся ни с кем Чужие слезы нам зачем Уходим в дождь, уходим в ночь, уходим в день! Когда пропел Батальонную разведку, помянул Владимира Семеновича. Он теперь зато нового придумает! Все были в шоке, а гармонист молодец, подхватил с первых строк. Еще бы гитару, да пару барабанов... Ну ладно, ладно, просто помечтал. Я ведь всю юность в ансамбле играл. По кабакам, и небольшим клубам. Играл я правда хорошо, а научился сам, еще в десять лет. Взял гитару, попросил показать пару аккордов. Через месяц уже во всю лабал. Потом недолго проучился в музыкалке, ушел, надоело классику играть. Знаю, дурак, сто раз уже жалел. Когда в землянке стало нечем дышать, народу набилось как селедки в бочке, вышли на улицу. Начальство прознало, и пришло тоже. И хлопало наравне с солдатами. А уж ротный хлопал так, что я думал из штанов выскочит. Исполнял я в основном, любимое Любэ, что-то из ДДТ, Кино. Ну и прихватил немного песен этих лет. Последней была Темная Ночь, Утесов и так известен, споет что-нибудь другое! Все были в шоке. Нас с гармонистом качали, подкидывая, наверное, до небес, все думал, вот сейчас не поймают, и все, наказание за то, что присвоил чужие песни. Я ведь между делом сказал, что песни мои. Ну и ладно, что уж теперь. После обеда, меня вызвали к энкавэдэшному майору. Тот сообщил, что закончил дела и убывает. Напомнил еще раз, чтобы я никуда не лез. Я обещал, сказал, что буду ждать своей участи, и петь песни, может, в последний раз! На что он сказал, что я зря думаю плохо о начальстве. А никто их никогда не слышал, вряд ли ты соврал. Как бы это не сказочно выглядело, но я тебе верю. И сделаю все, чтобы поверили другие! Ты можешь мне сейчас, что-нибудь такое написать, что будет происходить где-нибудь на фронте в ближайшее время? Ведь я и так изменил ход истории. Может, уже она сместилась так, что уже все идет по-другому. Ведь все эти люди, должны были погибнуть, может и вы тоже, вашу фамилию я просто не встречал в книгах. Но я не думаю, что настолько глобально. А без вести пропасть должен был только Иван Потемкин. Двое из них, родные братья Ивана. Они мои деды, по материнской линии, а еще один по отцовской. Тот, что по отцу, будет дважды ранен, и очень долго будет лежать в госпиталях, а затем всю оставшуюся жизнь, лечиться. Он так и умрет, с осколком танкового снаряда в легком. А то, что вы просите, я уже давно, просто накидал на бумаге. Майор развернул бумагу и прочитав первые строчки, поднял глаза. Дойдут немцы до Москвы, но не войдут, а в декабре мы откинем их от столицы. Но вот дальше, нужно будет быть очень осторожными, чтобы не повторилось то, что было в моем времени. Город сильно пострадает от бомбежек и артобстрелов, умрет от голода и ран очень большое количество населения. Опять же нельзя допустить многих ошибок, при попытках его деблокады. Они нам аукнутся позже, когда появится Русская Освободительная Армия. Очень большой объем работы нужно провести! Наше доблестное начальство, решило воспользоваться удачным стечением обстоятельств. На следующий день после нашего рейда, части 111 дивизии, сделав небольшую петлю, ударили во фланг и лоб восьмой танковой дивизии немцев. Давая тем самым возможность для удара нашей дивизии. И генерал Лебедев, не упустил этот шанс. Так как 111 ударила во фланг, немцы были вынуждены развернуть частично войска для отражения этого выпада. Подставив, таким образом, другой свой фланг, под прямой удар нашей дивизии. Топлива у немцев не было, и они были ограничены в маневре. А у нас все-таки была пехотная дивизия, с приданной в усиление 24 танковой. Танкисты брали пехоту на броню, и сходу проламывали небольшие фашистские укрепления, просто сметая их. Меня отправили в обоз, по приказу большого начальства, и участвовать я не мог, хотя и просился. Во главе моего отделения поставили Зимина, он был достаточно умным человеком, и повоевал побольше моего! А я тащился вместе с кухней, реммастерской и санитарами. Конечно, наступление не могло быть без жертв, и было бы больше, если бы мы не уничтожили топливный склад фашистов, но все же было очень страшно смотреть на такое количество убитых и раненых. Я помогал перетаскивать и тех, и других. Стирал и кипятил бинты, делал много того, что не видят глаза солдата стоящего в строю. Только бинтуют одному бойцу простреленную грудь, как он умирает, бинты сматывают, стирают, и наматывают другому, едва они высыхают. Да, врачи, и особенно девчушки санитарки очень выносливые. Обычному человеку, такое зрелище не вытерпеть. Наступление было задумано, как я думаю, не для того, чтобы просто отодвинуть врага подальше. На это просто не было сил и средств. А скорее для выбивания у немцев танков, и надо признать, Лебедеву это удалось. Хоть и ценой больших потерь. В первый же день боев, наши вклинились на пять километров вглубь немецкой обороны и, нанеся серьезные потери противнику, отошли, не давая себя окружить. Надо сказать, что мы уже учитывали свои промахи, и старались вести себя умнее. С какой-то стороны мы зря это затеяли, но в то же время, полнокровная танковая дивизия немцев, превратилась в ни что. Ее придется выводить на переформирование. А это уже хорошо, т. Какое то время, у фашистов уйдет на переброску войск в этот район, но за это время и наши подтянут свежие войска. Через неделю, три последних дня из которой ушли на отдых, появилось высокое начальство. Известный мне майор НКВД, нашел меня в санбате. Увидев его, я сразу понял, поеду с ним! Как мои дела, совсем хреново? У меня приказ доставить тебя в Москву. Хочет с тобой познакомиться. Здесь хоть пользу какую-нибудь принесу, а там просто сгину! Если бы хотели тебя просто вытрясти, на предмет знаний будущего, то для этого было бы достаточно обычного следователя. Поверь, все говорят, но тут дело другое. Товарищ Берия, просто так к себе не позовет. Да расслабься ты, сержант! Такого про НКВД в наше время начитался и наслушался, так хоть живьем ложись! Кто не шутит, тот быстро зачахнет. Я быстро нашел Зимина, парни были недалеко, ждали. Я попросил Саню, приглядывать за дедом, сказал ему, что поймет потом. Меня дружно похлопали по спине, и мы с майорм уселись в машину. Ехать надо было километров тридцать, до ближайшего аэродрома. Без приключений не обошлось. Отъехав от расположения дивизии на пару километров, в небе вдруг появился самолет. Долбанный лаптежник, начал заходить нам в лоб, ревун у него, не дай бог услышать в мирное время, обделаешься! Водила дал по тормозам, а мы вылетели из машины как наскипидаренные. Бросились в разные стороны и залегли на землю. Короче, дальше шли пешком. Эти суки, так наловчились кидать свои бомбочки, что он первой же расхреначил Эмку под орех. Благо мы отбежали немного. Но взрывной волной откинуло далеко, еле встал. Сначала и рукой пошевелить не мог. Тело все ныло после падения. Майор поднял меня, и мы устремились к ближайшей рощице. Водитель и еще один боец, охранник, наверное, бежали вслед за нами. Оружие было только у пресловутого охранника, да у майора пистолет. Ну, у меня нож в сапоге, без него вообще никуда не хожу, да заныканая за пазухой фенька. Если бы майор знал, уже бы отобрал. А феньку мне незаметно положил в карман Мурат, вот чертила, как знал, что пригодится. Теперь вот топать неизвестно сколько, без оружия на войне нельзя. Шли по окраине леса, кругом было тихо. Вообще, опасаться стоило только самолетов, ибо здесь наш тыл, а сейчас не июнь. Когда уперлись в дорогу, майор несколько растерялся. Но, быстро сообразив, махнул рукой, указывая направление. Пройдя еще километра четыре, на дороге послышался шум мотора. Все залегли на обочине, а полкан послал охранника посмотреть, если наши, то остановить. Машиной оказалась полуторка с ранеными, но нас взяли. Водила полуторки, старый хохол, с огромными как у таракана усами, покочевряжился, но, увидев форму, а особенно удостоверение энкавэдэшника, сразу сник. Мы свои, на аэродром идем, - сказал ему майор. Машину у нас списали немцы, пришлось пешком! Майор достал красную книжицу и раскрыл. Мы запрыгнули в кузов, аккуратно, чтобы никого не задеть, уселись. Приехав в госпиталь, помогли разгрузить машину, меня удивил энкавэдэшник, который вместе со всеми носил раненых. И не меня одного, легко раненые даже отказывались от помощи, говоря, что могут сами, но тот их не слушал. От госпиталя до аэродрома было около двух верст, мы прошли их пешком. Прибыв, майор ушел к летчикам, а мы остались сидеть возле ближайшего бомбовоза. Что за штука я не знал, наверное, какой-нибудь ТБ-3, или еще чего. Майор появился через пять минут и объявил что вылет прямо сейчас. Пришли летчики, запустили двигатели, нам была отдана команда на погрузку. Усевшись вдоль бортов, мы стали ждать взлета. Самолет прогрев моторы взревел так, что уши заложило, и покатился на взлетку. Закончив разбег, при котором нас изрядно потрясло, самолет оторвался, наконец, от земли и стал набирать высоту. Полет прошел спокойно, только уши ничего не слышали! Приземлились мы довольно мягко. Нас встречал какой-то капитан. Когда въехали в Москву, я усиленно вращал головой, разглядывая город этого времени. Ничего того, что я видел в свое время, не замечал. Только когда приблизились к центру, стали попадаться дома, сохранившиеся в 21 веке. К Берии конечно сразу меня никто не провел. Завели в какой-то кабинет, дали бумагу и чернила. Перьевую ручку я даже взять побоялся. Что, вообще не умеешь писать? Долго же я буду тут кружева выводить! Забыл спросить, а что писать-то? Я осмотрел кабинет, он был небольшой, одно окно, два стула, стол, еще один стул у стола. На столе настольная лампа, бумага и принадлежности для письма. Это мне уже прозвище прилепили? Майор, уходивший, пока я разглядывал кабинет, вернулся. Если что понадобится, стучи в дверь, принесут. Увидимся утром, не теряй времени. Я сел за стол, открыл папку, она была пуста, наверное, в нее надо будет сложить то, что напишу! Отодвинув папку, я взял лист бумаги, толстая какая! Взял перо и, обмакнув кончик пера, сделал огромную кляксу. Дверь открылась, вошел человек в военной форме, на петлицах два кубаря. Вошедший лейтенант молча поставил еду на край стола, на котором было свободное место, развернулся и хотел выйти. Через минуту вошел и поставил ведро возле стола, так же молча вышел. А я уже уплетал вкуснейшие котлеты, хоть и холодные, но офигенно вкусные. Запивая чаем, последнюю пятую котлету, я лениво потянулся. Поспать бы теперь, так нет, работать надо. Ограничиться написанным не удастся, как я хотел бы. Все равно, от беседы с Берия мне не отвертеться, а может, придется и с верховным пообщаться. Для себя я уже давно решил, если будут пытать, попробую броситься на конвой, может сразу завалят! Помочь я очень хочу, но не через силу. Когда все напишу и расскажу, буду проситься на фронт, как памятный герой книги Конюшевского, да когда читал книги, не думал, что такое может произойти со мной, ведь у меня нет ноутбука с инфой, нет каких либо особенных знаний, я был обычным человеком, ничем не выделяющимся. Просто много читал, и интересовался судьбой предков. Очень меня интересовали эти годы жизни, моих родных, да и других людей, воевавших и живших в это не легкое время. Начав писать с даты рождения, даты попадания сюда, я не заметил, как уже перешел на шестой лист, правда, писал крупно. Боялся, что чернила будут сливаться. Написал про начало войны, разгром первых дней и недель. Про битву под Москвой, мужество обороняющих город. Барвенковский выступ и показную браваду Тимошенко. Дошел до Курской Дуги. Перечислил всех командиров так или иначе показавших себя в войне, конечно, тех, что помнил! Устав, решил, надо попросить курева. Очень хотелось курить, привычка поганая сохранилась и здесь. Постучав в дверь, хотел уже садиться обратно, но дверь открылась, передо мной предстал тот же лейтенант. Через пять минут вошел и поставил на стол стеклянную пепельницу, а так же положил пачку папирос и спички. И вышел, закрыв дверь. Посмотрев на закрытую дверь, я взял пачку и, достав папиросу, согнул мундштук. Раз пять, чиркнув спичкой, наконец, прикурил. Это не сигареты из моего времени. Такой горлодер аж душу вынимает! Прокашлявшись, стал затягиваться не так сильно. Выкурив папиросу, прополоскал горло остатками чая. Интересно, сколько время, уже так темно на улице. Я сел и стал писать дальше. А что еще писать, какой смысл! Если война пойдет по другому сценарию, значит и после войны все будет не так, как было в моем времени. Будут спрашивать, расскажу, а писать не буду. Сидел и вспоминал то, что читал о войне и командирах. Под утро открылась дверь, и вошел лейтенант, принес чай и булочку. Я с удовольствием перекусил, и уснул прямо за столом. Как ко мне входили, я не слышал. Разбудил меня майор, трясший меня за плечо. Поешь пока, и отдыхай. Может, еще нескоро понадобишься. Майор собрал со стола все листы, спросив у меня в каком порядке их надо разместить. Он сложил все в папку и вышел. В дверях возник лейтенат, но уже другой. Мне поставили на стол поднос, на котором лежало печенье, хлеб, масло и стакан чая. Хотя, я ведь у сильных мира сего, у них все есть! Все это я прокрутил в мозгах. С аппетитом позавтракав, я закурил. Не успел докурить, как вернулся Истомин. Меня проводили в уборную, где я нашел щетку для одежды и для обуви. Умывшись и почистив сапоги, я вышел в коридор. Войдя в них и позвав меня за собой, майор, что-то сказал секретарю. Тот поднял трубку телефона и произнес одно слово. Я увидел, как Истомин молча расстегнул ремень, снял с него кобуру с пистолетом и отдал секретарю. Я подошел к столу и, вынув нож из сапога, положил рядом. Секретарь внимательно посмотрел на меня, но ничего не сказал, а, подойдя к двери в кабинет Берии, открыл ее. Войдя следом за майором, вытянулся в струнку, последовав его примеру. Берию я узнал сразу, здорово похожие портреты я видел в своем времени. Поблескивая стеклами пенсне, тот смотрел строгим взглядом прямо мне в глаза. Не фига, откуда начал! И чего говорить, а ладно, как есть, так и скажу, по крайней мере, я так знаю! До такой степени, что будут переписывать историю войны, в выгодном им ключе. И благодаря этому, завоевывать популярность у народа. За власть будут драться друг с другом, разве что без танков. И пока будет идти вся эта возня, страна перестанет быть той, какую Вы строите! Это и отсутствие авиации, малое количество транспорта, оружия и боеприпасов. Даже нехватка продуктов питания, все это складывается в результат. В обед удастся сухарь погрызть хорошо, а нет так и на том спасибо! Да только он разве один? У нас, почему-то, раз при власти, то царь и бог! А простые люди быдло и рабы. Что, в ваше время все так плохо? Как же там у вас с людьми обращаются, что народ настолько озлоблен? Какой смысл мне врать. Немца можно, а главное нужно бить. И ребята мне поверили, и дрались отчаянно. А вы обладаете ценной информацией. Придти к особисту и сказать, я из будущего, все знаю, везите меня в Москву? Я выругался про себя. Появившись здесь, меня чуть не расстрелял особист. Ротный заступился и поверил в то вранье, что я наговорил. Спасибо ему за это. А я в свою очередь, попытался доказать, что он поступил правильно, сохранив мне жизнь. Товарищ Сталин приказал вас наградить. Солдат и воюет по-другому, когда чувствует, что его судят по заслугам. Трусов надо наказывать, а героев награждать. Просто потому, что были умнее и хоть пытались, что-то делать для страны. Но все ваша подслушка, слежка и авторитет главного энкавэдэшника сработало против вас как бомба. Думаю половина из них ложь. Было и такое мнение, что некоторые ваши подчиненные, просто прикрывались вашим именем, зная, что их никто не проверит. Я читал, что, собирая компромат на военных, вы как бы оттолкнули их от себя. И когда наступит важный для вас момент, они, припомнив вам все, просто отвернутся от вас. Это будет последней каплей, вы останетесь одни, извините! Тоже самое и с учеными. Наговаривали только для того, чтобы место занять, а что еще и работать надо, они и не думали. Вспомните, ведь наверняка читая чье-нибудь дело, закрадывались сомнения. Или человек, пришедший на место посаженного или расстрелянного, ничего дельного не может сделать, просто потому, что не его идея, или разработка, поэтому и не может довести дело до ума! Это работа не на один день. Есть какие-нибудь точные имена? Как ему не ругать власть, если его, самого талантливого и перспективного конструктора, держат по каким то доносам в тюрьме! Когда он мог бы приносить пользу народу! Только потому, что один идиот сидит в комиссии приемки вооружения. Который шарахается от нового, как черт от ладана! И таких, к сожалению, очень много. Дополню тем, что пошло на ура в моем времени, но запоздало. Так может получиться внедрить раньше и ситуация на фронте, да и в жизни улучшится. Я отдам распоряжение, постараемся доставить сюда человека после обеда, я пришлю его к вам, вот вы и поработаете, идет? Мы говорили еще два часа, мне показалось, что Берия остался доволен. Потом меня проводили в тот же кабинет. Вскоре пришел человек, с майорскими шпалами. Он принес с собой папку, в которой я увидел ттх многих видов оружия и техники. Впрочем, я знаю, куда направить мысли инженеров. А вот, вопрос, что в существующей машине, можно улучшить? Помню, что-то про модернизацию системы вентиляции и фильтрации. Про проблему с фильтрами вам ведь известно? Танк потеряет в маневренности. Со стабилизацией и более высокой настильностью. С дистанции триста, четыреста метров уже не стреляют. Немцы добились от своих орудий высокой настильности, а у нас она, к сожалению хромает. Нужна возможность пробивать броню 80-100 мм, с расстояния километра, минимум 800 метров! Скоро они приспособят его на прототип танка, и будут расстреливать наши танки как в тире! А наши к ним и приблизиться не смогут. Дальше мы до поздней ночи говорили, чертили наброски разных видов оружия. Я рассказал о нехватке автоматического оружия, и предложил, найти конструктора Судаева, сказав, что у него есть наметки отличного пистолета-пулемета. Для бойцов спецподразделений, нужны разгрузки, для ношения боеприпасов на себе! Чем ремень не устраивает? Ничего не стесняет движений, и взять можно больше. Потом объяснял, как его носить, и как размещать боеприпасы. Майор качал головой, что-то задумчиво мычал. Ну и иголку, нитки и ножницы. Хотя вы и так мне написали выше крыши. Майор попрощался и вышел, вместо него появился вчерашний лейтеха. Я присвистнул и вышел вслед за ним. Мы прошли по коридору, и лейтенант показал мне на дверь. Он показал мне туалет, ладно хоть вместе со мной не пошел. Сделав все дела, я вернулся в кабинет с диваном. Умылся, побрился, не люблю с утра бриться. Правда, пришлось повозиться, бритвенных станков Жиллет, с их безопасными лезвиями, здесь не присутствовало. Оставив пару порезов на шее и щеках, все-таки побрился. Спал я без снов, причем как лег, так и продрых ничего не слыхав. Утром меня разбудили рано, часов в шесть. Но выспаться я и не надеялся. Принесший завтрак вчерашний майор, с которым мы вели беседу про вооружение, выглядел, как и я не выспавшимся. Вот и выгляжу так. Надо многое еще сделать. До обеда работаем с вами, потом я уеду, сегодня запланированы встречи с несколькими оружейниками. Мы продолжили нашу беседу, под завтрак. Часа в два, майор, сославшись на озвученные ранее дела, собрал бумаги и ушел. А за мной зашел лейтенант и подав мне в руки стопку с тщательно выглаженной формой, удалился, сказав, что ждет с наружи. Одевшись в новенькую форму без знаков различия, согнав складки, я вышел в коридор. Лейтенант объявил, что идем обедать в столовую. Новиков Сергей, сказал я и протянул руку. А борщ был, нет, не так. Чудесным, наваристый, аж ложка стояла. Пообедав, меня проводили в кабинет. Только я улегся на диван, мечтая вздремнуть чуток, как появился мой майор. На завод поедем, там собрали нескольких конструкторов, попробуешь им объяснить кое-что. Да, размечтался, к Сталину! А на хрен ему надо, с каким то мутным попаданцем встречаться. Ему и так все расскажут, плюс всю мою писанину прочитает. В моем времени, люди не глупые, называли его умным человеком, выводы сделает. А и правда, какая разница, от меня услышать, или прочитать? Только дело в вере, а он очень недоверчивый, и поверит ли, неизвестно. Впрочем, если меня попробуют убрать, значит, не поверил. Хотя убрать могут и просто ради секретности, да, задачка. Лучше бы я молчал! Эти инженеры-рецидивисты, меня заклевали. По их словам, я абсолютно ничего не понимал в производстве! А я и не скрывал этого. Я просто сказал, что можно сделать, а они на то и инженеры, чтобы думать, можно ли как-то мои бредни воплотить в жизнь. Ведь я то знал, что могут, это они артачились! Но в итоге сошлись на том, что они будут экспериментировать, но не обещают сделать, что-то завтра. На том и закончили. Когда уходили, ко мне подошел один дядька. Иначе так бы про меня и не вспомнили. Да не за что. Мы с коллегами испытывали его сами, как могли. И что ведете по нему работу даже сейчас! Работайте спокойно, и помогите войскам хорошими пушками. До свидания, товарищ Грабин, было приятно познакомиться. Мы с майором пошли к машине. Только все это секретно. С утра и до обеда, сплошные допросы и расспросы. Наконец, на восьмой день, появился Истомин. Наверное, сегодня ты последнюю ночь проведешь в Москве, по крайней мере, в этот приезд.
